Порядок действий, если в школе у ребенка украли телефон

Пропажа мобильного телефона – это не только финансовая потеря, но и сожаление о сохраненных номерах и файлах галереи. Поэтому чем раньше будут предприняты правильные активные действия, тем больше отыскать вещь без угрозы для ее содержимого. Но как поступать, если в школе у ребенка украли телефон и есть подозрение, что преступление совершил несовершеннолетний. Здесь нужен особый механизм действий.

В каком порядке действовать, если в школе у ребенка украли телефон

Кража личного мобильного – это всегда неожиданно. Какие бы меры предосторожности не использовались, всегда есть риск стать жертвой противоправных действий. Что касается образовательных учреждений, то у детей еще не сформирован страх перед правоохранительной структурой, а также нет четкого понимания о материальных ценностях. Поэтому такие преступления связаны не с целью наживы, а, скорее всего, с желанием получить то, что принадлежит другому однокласснику. Исходя из этого, и нужно планировать свои действия, а не бездействовать.

Родители, узнав, что в школе у их ребенка произошла кража, должны выполнить такие первоочередные мероприятия:

  • звонок классному руководителю, который, в свою очередь, должен организовать собрание всех детей класса для проведения мирной беседы;
  • сообщение оператору мобильной связи о произошедшем преступлении и формирование заявки на блокировку сим-карты, что позволит избежать несанкционированного использования денежных средств с баланса;
  • обращение в отделение полиции, которое обслуживает район, где расположено учебное заведение (лучше, если будет выполнен телефонный звонок и вызвана оперативная группа).

Далее родители должны отправиться в школу, где учитель уже уведомил других родителей о том, что был украден телефон. В зависимости от времени, когда была выявлена пропажа, могут быть собраны все ученики для беседы с потерпевшими. Но если время уже позднее, то задерживать детей запрещается. Если учеников нужно отпустить домой, то желательно учителю поговорить с учащимися и попросить вернуть мобильный, рассказав о возможных юридических последствиях.

Важно! Допускается осмотр личных вещей учащихся. Но нельзя проводить самостоятельный досмотр. Ученики должны сами доставать свои вещи и складывать их назад. Также каждый несовершеннолетний, как и его родители, могут отказаться от прохождения процедуры.

Куда обращаться

Среди учреждений, которые могут помочь в решении проблемы, находятся:

  • школа;
  • полиция.

Обращаться к директору учебного заведения обязательно, но это визит с целью уведомления о воровстве. Со своей стороны, школа никакой ответственности за пропажу вещей не несет, о чем родители под подпись уведомляются в начале каждого учебного года. Но директор как человек, обладающий авторитетом в глазах учащихся, может провести беседу с классом, где пропала вещь. Возможно, что виновный захочет вернуть телефон владельцу.

Обращение в полицию оформляется в форме личного заявления от представителя потерпевшего, которое может быть заполнено на специальном бланке или в свободной форме. Также основные этапы регистрации обращения включают:

  • регистрация заявления и вручение потерпевшему талончика с номером регистрации;
  • допрос ребенка в качестве потерпевшего;
  • допрос родителя как представителя несовершеннолетнего;
  • сбор документов на вещь, которую своровали.

Кроме того, полиция проводит ряд следственных и оперативных мероприятий, позволяющих установить местоположение аппарата. Поэтому важно обратиться в такие структуры, как можно раньше.

Можно ли мирно договориться

Согласно нормам уголовного законодательства, кража относится к категории преступлений общего обвинения, то есть потерпевший не может забрать заявление после того, как будет установлено виновное лицо. Таким образом, если в дело вступила полиция, мирно решить конфликт уже не получится. Но существует ряд мероприятий, которые нужно делать представителям ребенка, решившего украсть телефон. А именно:

  • компенсация материального вреда (если мобильный был поврежден или неисправен) позволит избежать дополнительных претензий со стороны потерпевшего;
  • подписание у нотариуса мирового соглашения, что является смягчающим обстоятельством;
  • сбор положительных характеристик на ребенка.

Такие дела обязательно доходят до суда, но при наличии смягчающих обстоятельств и полной компенсации причиненного ущерба наказание будет минимальным из возможных.

Единственный способ мирно договориться – это установить нарушителя до привлечения полиции.

Меры предосторожности

Как уже было сказано выше, воровать телефоны дети начинают не с целью наживы, а потому что желают получить лучшую вещь и, как правильно это сделать, не знают. Поэтому главная мера предосторожности – это покупка школьникам самых простых из моделей мобильных телефонов. Если же используются дорогие смартфоны, то обязательно подключение дополнительных функций безопасности, таких как контроль локации или передвижения устройства.

Чего зря тянуть, опубликую сразу вторую историю. В предыдущем посте, я был недостаточно плохим мальчиком и история описанная в посте не соответствовала задумке и пафосному прологу. Но как я и обещал — дальше лучше, то есть хуже.

И друзья, подчеркну, я ни в коем случае не хвастаюсь тем о чем рассказываю, а наоборот. Просто эти события имели место быть и говорят лишь о том что среди нас нет святых и что так делать не хорошо. Ну и лишний повод выговорится что-ли. Как всегда извините за многабукв.

Снова школа и события за несколько лет до тех экзаменов, 5й класс примерно. Урок музыки, мы с другом как и положено сидим за последней партой. Рисуем писюны вместо нот, кидаемся бумажками, чем там еще занимаются на уроках в школе. Не учится же.

Мне понадобилось что-то положить в парту, пошарив там рукой, я обнаружил О БОГИ — телефон.

А стоит отметить, хоть гимназия была и элитная, но тогда даже среди самых мажористых детей, телефоны еще были редкостью.

Простенький телефон, черно-белый, громоздкий в уродском силиконовом чехле с одной игрой типа змейки, не помню уже нокиа или моторолла, что-то вроде того. Тогда это было чрезвычайно редкое, статусное имущество.

Нормальный ребенок вероятно, отдал бы этот телефон учителю, ну или оставил бы лежать его на месте. Но, увы. Я о телефоне тогда мог только мечтать, среди моих знакомых даже взрослых тогда мобильных телефонов почти ни у кого не было.

У друга моего читались сомнения во взгляде, когда я вынул туалетную бумагу из портфеля завернул в неё телефон и убрал в боковой карман этого самого портфеля, но останавливать меня он не стал.

Далее мы превратились в прилежных учеников, писюны в нотном стане превратились в ля и си-бемоли, а мы сидели как мышки, даже не переговаривались до конца урока.

Этот урок был последним, мы пошли ко мне во двор, по очереди поиграли на этом телефоне, что оказалось весьма скучным занятием и он был благополучно спрятан под камнями в саду. Дальше все время мы провели за метанием ножичков в забор.

На следующий день придя в школу, все одноклассники пялились на нас как на редких ублюдков, у нас благодаря успеваемости и так была не лучшая репутация, а тут прям с ненавистью и презрением. И слышались шепотки

— Украли, уроды, украли, украли, украли.

Сказать что мы обосрались, ничего не сказать.

Как выяснилось, чтобы понять что телефон взяли мы, не нужно быть Бенедиктом Камбербетчем. Перед нами там был урок у старшеклассников, 8й класс что-ли. За партой где был забыт телефон сидели мы, два долбоеба, хотя че уж там дебилушка №1 именно я. В этой аудитории после нас никто не занимался и в промежутке между нашим классом и восьмиклассниками тоже. После своего урока владелица пришла его забрать, а телефончик тютю.

Элементарно Ватсон.

На перемене после первого урока, возле столовой, на нас показала пальцем одна из одноклассниц и к нам фуриями подлетели четыре старшеклассницы, рослые красивые девицы, одна из которых заливалась слезами и говорить толком не могла, что и не требовались. Три её подруги насели на нас, отдайте, вы взяли, это очевидно, вас посадят. Отдайте или вам пиздец!

Но я уже был готов, я знал как себя вести, я читал много детективов, Чейз и Стаут так вообще мои любимые писатели в этом жанре.

Слезы девочки у которой я украл телефон меня растрогали, было стыдно, было жалко её, но виду я не подал.

— Вы чего голубушки, не брали мы ничего, не видели, какой такой телефон.

— А вот такой вот телефон, серенький! Вы там сидели, вы взяли! Вон у друга твоего глаза красные, ща разревется — выпалили подруги пострадавшей

А стоит отметить, что мой друг, который и вовсе не хотел этот долбаный телефон трогать, был к такому развитию событий не готов и вот вот собирался разревется и во всем признаться, глаза красные и наполнялись слезами. Но, мы помним Ниро Вульфа и Арчи Гудвина, мы знаем как выкрутится.

— Да что вы такое девчонки говорите — широко улыбаясь отвечал я. — У него коньюктивит хронический, всегда он такой, обижаете красавицы.

Мой друг лишь кивал, он весь этот допрос просто молчал, а девчонки наблюдая мою наглость и спокойствие уже были готовы отпиздить нас из всех своих девичьих сил.

Девочка Алина, та у которой я украл телефон сказала, ладно девочки может и не они, пойдемте.

Мне было жаль Алину, но в душе я ликовал, еле удержался и не сказал другу «Дай пять! Пронесло»

На следующий день мы пришли в наш класс, где нас ждала классная руководительница и суровый высокий мужчина — отец Алины. За его спиной стояла зареванная дочь, телефон был подарком на день рождения, она с ним и недели походить не успела как выяснилось в итоге.

— Вот эти ребята — сказала классуха, напомнив Девида Блейна.

— Ну что парни, последний шанс у вас.

Спеси во мне резко поубавилось, но я держался.

— Какой такой шанс? Мы ни в чем не виноваты.

— Хорошо, ждите — сурово хмыкнув ответил он

А отец Алины, работал кем-то в прокуратуре или вроде того и вся его суровость была отнюдь не напускной. Вскоре в класс зашел дяденька-следователь из полиции.

Мы все вышли из класса, в какой-то момент когда нас никто не слышал, я сказал другу «Мы ничего не брали, ничего не брали, ушли, кидали ножички, телефона не видели.»

После чего меня пригласили в класс, передо мной сидел следователь и задавал всякие вопросы записывая это на бумагу. Он хотел прогнать классную руководительницу, но спасибо ей, она настояла что должен присутствовать кто-то взрослый.

Я же лишь повторял что ничего не знаю, не брал, мы вообще после школы в ножички играли, какие там телефоны. В конце все прочитала кл.рук, а я подписал мол с моих слов записано верно. Не знаю насколько сие действо было законным, но оно было.

Так же допросили моего друга. На этом все и закончилось.

В течении недели, кл.рук нам напоминала, что если вдруг что, положите телефон ко мне в стол, никто не узнает что это вы. Ага блин.

Я в тот же день после допроса, пришел забрал телефон из огорода, сто раз оглядываясь чтобы за мной не было хвоста, унес его и утопил в реке. Дело закрыто.

Надо ли говорить что еще очень долгое время одноклассники с нами не общались и смотрели как на прокаженных, ведь факт допроса и т.д ни от кого не укрылся.

Я очень часто видел эту Алину, красивая умная девочка, как-то раз меня учительница русского языка и литературы пригласила в дискуссионный клуб, разумеется там числилась и Алина, за все те два часа дискуссионного клуба я ни разу ничего не сказал, только думал какой же я мудак и как стыдно. Больше клуб не посещал, учительнице сказал что пф, не пацанское это дело, хоть это и было не так.

Рубрики: Статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *